На прошлой и частично уже и на этой неделе все российское человечество отмечало 20-ти летие августвовских событий 1991 года, приведших в конце концов к распаду СССР и к иным коренным пробразованиям в нашем обществе. Помню один эпизод, произошедший со мной в тот период времени. Тогда я учился в аспирантуре Свердловского юридического института и активно "подрабатывал бизнесом", а конкретнее оказывал услуги в регистрации малых предприятий, кооперативов и прочих юрлиц-новоделов. Дело было новое, поэтому парвеню советские предприниматели платили довольно сносно (почти хорошо). И вот, прослушав утром по радио о волнениях в Москве, о ГКЧП, о противостоянии и сопротивлении, которое оказывает демократическая общественность и прочее и прочее я поехал в исполком получать учредительные документы, зарегистрированные по одному из моих тогдашних клиентов. Приезжаю, причем все и всё вроде бы работало, захожу в исполком, поднимаюсь в нужный кабинет, захожу туда и говорю: "Дайте мне мои бумаженции, регистрация прошла тогда-то то, а вот моя доверенность". Ко мне поворачиваются изумленные чиновники и говорят: "Как, а разве вы ничего не знаете, в Москве переворот".
"Знаю, - отвечаю я, - однако работу еще никто не отменял, магазины работают, трамваи ездюють, хлеб печется, коммуналка и прочая канализация тоже функционируют... так почему я то не должен работать из за того, что где-то идут бурные политические дебаты и мероприятия. Танки в Москве мою зарплату не отменяю"..
Вот такой вульгарный материализм проявил, как бы...
"Как вам не стыдно", - отвечают мне чиновники, - "Разве вам, младой человек, безразлично то, в какой стране ваше малое предприятие будет работать? Вот нам, не безразлично, поэтому мы и не работаем (т.е. - ни хрена не делаем), пока все не устаканится и не стабилизируется".
Я вяло возражаю: "Но позвольте, товарищи милые чиновные, ну какая же тут связь то существует? Дайте мне мои документы, а уж как мне с ними, и в какой стране ими распоряжаться - это уже не ваше бюрократье дело".
Но никого я тогда не переубедил. И понял я, что чиновникам россейским до фонаря вся это борьба в Москве - они просто тупо не хотят работать, и работать не будут, а вот какой повод тут подыскать ... повод всегда найдется. Так я и ушел - не солоно хлебавши, оставив политически неравнодушных чиновников сидеть на своих местах, болтать и ничего не делать. Документы забрал позже, когда все уже в Москве решилось. Вот такой у меня опыт участия в августовской революции.
Поэтому, я хоть уже и посвящал
один из своих постов в блоге революции, думаю, что тема эта если не вечная, то долгая, - поэтому новая порция афоризмов о революции сегодня лишней не будет.
1. Революция имеет два измерения — длину и ширину, но не имеет третьего — глубины... Революция всегда будет с мукою и будет надеяться только на «завтра». И всякое «завтра» ее обманет и перейдет в «послезавтра» (Василий Васильевич Розанов (1856-1919) - русский религиозный философ, литературный критик и публицист).
2. Революция – это хорошо. Революция – хорошо, потому что это способ проведения коренных преобразований общества, которые ему жизненно необходимы. И избегать их, пугаясь новизны, значит обрекать общество на тяготы более значительные, нежели несут преобразования, и, в конечном счете, бессмысленные так как ход истории можно затормозить, но не остановить (Ермоленко А., Кобзев Д. «Цель АВН – авантюра?" // Дуэль. № 8. 19.02.2008).
3. Чернь способна только на бунт. На ответственные протест против глупости властей способен только налогоплательщик: то есть тот человек, у которого есть имущество и право на это имущество, и это право оказывается нарушено (Юлия Латынина «О защите отечественного мобильника» // Ежедневный журнал. 31 декабря 2008).
4. Мятеж обязан завершиться неудачей – в противном случае его зовут иначе…. (Откуда-то из Интернета).
5. Никогда двадцать огромных томов не сделают революции, ее сделают маленькие карманные книжки в двадцать су (Вольтер (1694-1778) - один из крупнейших французских философов-просветителей XVIII века, поэт, прозаик, историк, публицист, правозащитник).
6. Сила революционеров не в идеях их вождей, а в обещании удовлетворить хотя бы небольшую долю умеренных требований, своевременно не реализованных существующей властью (Отто Эдуард Леопольд фон Бисмарк-Шёнхаузен (1815-1898) - немецкий политик, государственный деятель, прозванный "железным канцлером". Цит. по книге Александра Бушкова "Красный монарх. Хроники великого и ужасного времени". СПб. 2004. С.15).
7. Когда стадо повернется, хромой баран во главе окажется (Грузинская пословица).
