четверг, 3 января 2013 г.

Уже уйдя на выходные .... Борис Акунин "Аристономия"

В ушедшем 2012 году вышла в свет интересная и удивительная, жестокая и философская (именно в таком сочетании) книга Бориса Акунина "Аристономия". Книга потрясает. Мне кажется, все мы думаем о том "как же это так?". Как же это так случилось и получилось, что великая Россия, со своей тысячелетней историей, со своей уникальной культурой, со своей мощнейшей экономикой, вдруг в 1917 году  в один присест разрушилась и на её территории случился ад. Это вопрос задает себе каждый русский человек. На этот вопрос ищет ответ и Борис Акунин.. Но как мне показалось из книги, ответа он так и не нашел... А ответ на вопрос более чем важен. От ответа на этот вопрос зависит и наше настоящее, и наше будущее....  Ну и конечно же цитаты и высказывания-афоризмы, которыми так богата литература Бориса Акунина...

Борис Акунин-Чхартившивили  Аристономия. М. 2012.

Я, господа, непримиримый враг революций. Ничего кроме беды от общественных бурь не жду. Я за постепенную мирную эволюцию. Вы, интеллигенция, тычете нас носом: нехороша-де самодержавная система власти, ломать надо. Согласен: система далека от совершенства, и мне изнутри это видно еще лучше, чем вам снаружи. А только ведь самодержавие на Руси не извне взялось, оно никем нам не навязано, само образовалось историческим образом. Ничего лучшего, стало быть, наша нация пока не заслужила. Вот он, итог ее естественного развития. И государственная власть, какая она ни есть, это единственная защита нашей цивилизации против дикости и хаоса, против топора да красного петуха. А вы, господа гордые буревестники, уже сто лет под этот столп подкопы ведете, мечтаете его разрушить. Но если вам это удастся, сами не обрадуетесь. Ваша беда в том, что вы судите о России по себе, принимаете желаемое за действительное, всё прекраснодушничаете да собою же и любуетесь. А правда в том, что душа нашей страны вовсе не прекрасна, а груба и жестока. Вас городовой-держиморда раздражает? Охранное отделение возмущает? А уберите-ка держиморду с улицы. Будет погром и грабеж. А упраздните-ка политический сыск. Забыли, как в девятьсот пятом году террористы бомбы кидали, а экспроприаторы с обывателей деньги на революции вытрясали? Ленина в новые робеспьеры желаете? (С. 47-48).

— Суть нашей программы — самая что ни на есть глубинная — в том, чтобы создать государство, которое будет пробуждать в человеке лучшее, а не худшее: самостоятельность, ответственность, разумность. Мы, либералы в самом широком понятии, верим в Человека, а вы, державники, — нет, не верите. Именно в этом наше коренное различие. Но в этом давнем историческом споре вы так или иначе обанкротились. Ваша власть падет неизбежно. Вы ее уже упустили (С. 49).


..достоинство есть не универсальная принадлежность человека, достающаяся всем от рождения, а некое индивидуальное качество (С. 85).

ЧСД продвинутого уровня становится для человека не только благом, но и тяжким, подчас опасным бременем (С. 86).

Чем выше в человеке развито ЧСД, тем ниже его способность к выживанию (С. 86).

— Зло нельзя миловать, — говорил Дьячков, — ибо это нарушает великий закон справедливости. Щадить негодяя — такое же преступление, как не воздать по заслугам герою. (С. 102).

— Революция — не просто смена одного режима власти на другой. Это принципиальный переворот в отношении людей друг к другу и к своему государству.. (С. 103).

Главная ошибка рода человеческого и вообще земного разума в том, что неправильно трактуется понятие «справедливость», возводимое в высшую ценность и заветную цель всякого общественного движения, но на самом деле путь этот обманный, от беса, потому что земной справедливости нет и быть не может (С. 113).

Большинство человеческих поступков, в том числе самых отвратительных, объясняются глубоко укорененным убеждением, будто жизнь – великая ценность, а смерть, твоя смерть, – событие огромной важности. Это величайшее заблуждение. Природа и весь окружающий мир ежедневно нам демонстрируют, что жизнь чепуха и смерть чепуха, цена им копейка или максимум гривенник. Живешь ты или умираешь – не так много значит (С. 192).

Если б Филиппу задать вопрос, в чем самый главный, коренной секрет служебного успеха – ответил бы не задумываясь, потому что эту истину знал печенкой, всем нутром: надо добиться, чтоб начальник без тебя был как без рук, а прочее приложится (С. 213).

Шестерка, если козырная, туза бьет (С. 235).

«Цель работы анестезиолога двояка. Во-первых, он должен подобрать оптимальный для конкретного пациента и конкретной операции вид обезболивания: местное или общее; инъекция, ингаляция или замораживание; кокаин, морфий, эфир, хлористый азот, хлороформ, веселящий газ или что-то комбинированное; дозировку и последовательность. Но сразу зарубите себе на носу: гуманность тут ни при чем. Мы применяем обезболивание не для того, чтобы облегчить страдания бедняжке пациенту, а чтобы этот болван своими воплями и судорогами не мешал хирургу спокойно работать. Вторая задача сложнее и важнее отключения болевого синдрома: во время операции анестезиолог следит за поддержанием надлежащих параметров жизнеобеспечения, в первую очередь дыхания и кровообращения…» (С. 300).

«В сущности, героизм – весьма прискорбное явление. Необходимость в героях и подвигах возникает лишь в критической ситуации, а в девяносто девяти случаях из ста таковые происходят вследствие человеческой глупости или недобросовестности. Почти все герои, которыми восхищается человечество – это герои войны, что естественно, поскольку трудно придумать ситуацию более критическую. И если в воюющей армии много героев, можно не сомневаться, что командует ею идиот. Хорошему генералу герои не нужны. Главный британский гимн героизма – стихотворение про атаку легкой бригады под Балаклавой:
  • Никто не замешкался, не обернулся,
  • Никто из атаки живым не вернулся:
  • Смерть челюсти сыто свела (С. 313).
Сильная любовь, как и сильный голод, делают человека безжалостно, хищнически эгоистичным. Раз у Виктории был жених, значит эта неземная женщина способна не только на родственную, но и на чувственную любовь (С. 315).

– Бесстрашным со стороны может выглядеть человек, у которого один из страхов настолько силен, что полностью подавляет все остальные, – так же тихо, чтоб не услышала сестра, ответил Лоуренс (С. 320).

Комментариев нет:

Отправить комментарий